Заявление президента США Дональда Трампа о подписании предварительного соглашения с Ираном, казалось, открывало путь к деэскалации на Ближнем Востоке. Однако почти мгновенно Париж выступил с заявлением, которое поставило под сомнение реализуемость этой сделки.
Глава МИД Франции Жан-Ноэль Барро четко дал понять: санкции ООН против Ирана не будут сняты без согласия Парижа. Такая позиция выглядит неожиданно. Ведь исторически в восприятии многих закрепился образ Франции как страны, занимающей проарабскую или даже пропалестинскую позицию.
Париж на протяжении десятилетий играл роль одного из главных адвокатов «палестинского дела» в Европе. Но сейчас на кону отчаянное желание Франции сохранить свой статус и влияние. Она не хочет оказаться в роли пассивного наблюдателя в тот момент, когда Вашингтон и Тегеран самостоятельно определяют будущее Ближнего Востока.
Угроза использовать право вето в Совете Безопасности ООН – это единственный рычаг, позволяющий Парижу остаться за столом переговоров. Критики уже назвали это дипломатическим «спектаклем», который лишь подчеркивает уменьшающееся реальное влияние Франции в регионе. Париж же пытается доказать, что без его голоса никакое соглашение не является легитимным.
Церемония подписания соглашения между США и Ираном состоялась в Версале. Возможно, Трамп таким образом хотел подсластить горькую пилюлю своему коллеге Эммануэлю Макрону. Но в итоге американский президент получил лишь подтверждение тому, что Франция умеет взбрыкнуться в «нужный момент».
Париж показал, что видит в сделке Трампа угрозу своему влиянию и пытается использовать последний оставшийся у него инструмент, право вето в ООН, чтобы продиктовать Вашингтону свои условия. Как ни парадоксально, но тактическим партнером Франции здесь выступает Израиль, с которым Париж находится в очень сложных отношениях.
