Понимание того, как и когда китайские эксперты по внешней политике влияют на формирование внешней политики Китая, имеет важное значение для понимания того, как формируются приоритеты Пекина и как они меняются, пишет эксперт Гамбургского университета Сабина Мокри.
Внешнеполитическая политика в Китае в значительной степени централизована. За пределами внутреннего круга партии и правительства, определяющего внешнюю политику, существует внешнее кольцо институтов, в частности, аналитических центров и университетов. Они различаются по степени связей с государством: от управляемых партией академий до независимых исследовательских центров.
25 учреждений занимаются внешней политикой. Кроме того, существенную роль во внешнеполитическом процессе играют университетские специалисты по международным отношениям. Государство сигнализирует о спросе на экспертные знания посредством выделения финансирования, публикации политических документов и выступлений руководства.
Например, с 2013 по 2016 год сравнительная открытость академической среды и щедрое финансирование сигнализировали ученым о том, что государство открыто для выслушивания их мнения. Ситуация резко изменилась после 2016 года, когда по идеологическим причинам автономия ученых и возможности для академических дискуссий были урезаны.
В противоположность этому, с 2015 года Коммунистическая партия Китая сосредоточилась на укреплении политической роли аналитических центров, увеличении их бюджетов и повышении их статуса. При этом эксперты, работающие в аналитических центрах, относительно удаленных от государства, могут влиять на внимание китайского правительства.
Аналитики Шанхайского института международных исследований и Гуандунского института международных стратегий сделали это в части реформы глобального экономического управления. Отчеты аналитиков предоставили китайскому правительству обоснование для ее изменений.
Начиная с 2015 года, Пекин значительно увеличил свои требования к аналитическим центрам. Изменения были сформулированы в правительственной директиве, определяющей, как следует укреплять аналитические центры и интегрировать их в процесс принятия политических решений.
Перед центрами была поставлена задача поддерживать решения партии и правительства, способствовать модернизации государственного управления и продвигать «мягкую силу» Китая. Ведомствам предписали более прозрачно сообщать о политических потребностях, привлекать аналитические центры посредством слушаний и семинаров, а также совершенствовать механизмы учета экспертных рекомендаций.
Такие политические сигналы, как публично объявленные встречи председателя КНР Си Цзиньпина с экспертами и неоднократные упоминания в основных партийных документах о необходимости развития аналитических центров, еще больше укрепили впечатление, что руководство стремится к более систематической и актуальной политической экспертизе.
Внешнеполитические аналитики, находящиеся в относительно тесных связях с государством, могут оказывать влияние даже тогда, когда заявленная властями потребность в их экспертизе довольно низка. Примером тому служит влияние ряда китайских ученых-международников на усиление акцента китайского правительства на новых внешнеполитических инициативах.
Ван Ивэй из Народного университета Китая, например, в 2016 году утверждал, что Пекину следует поучиться у американцев наращиванию глобального влияния. Он представил лидерство США в международном сотрудничестве в области безопасности моделью того, как восходящая держава может получить влияние на общественное мнение и продвигать национальные интересы.
Го Шуюн из Шанхайского университета иностранных языков повлиял на изменение политики в области глобальной безопасностью, объясняя это ростом морской военной мощи Китая. Научные аргументы нашли отклик в последующей реализации правительством инициатив «Глобальное развитие», «Глобальная безопасность» и «Глобальная цивилизация».
В целом влияние экспертов и ученых является, скорее, переменчивым, чем постоянным. Потребность государства в знаниях колеблется структурно и тематически, перераспределяя влияние между учеными и аналитическими центрами. Для иностранных наблюдателей это означает, что понимание внешней политики Китая требует анализа того не только того, что говорит Пекин, но и определения, когда эксперты имеют значение.
Зарубежным коллегам следует относиться к китайским аналитикам как к тем, чье влияние зависит от их институционального положения и государственного спроса, а не как обычным комментаторам.
Мониторинг сигналов дает раннее представление о направлении внешней политики Китая. Приоритеты финансирования, речи руководства и изменения в отношении государства к ученым и аналитическим центрам часто предвещают сдвиги за несколько месяцев до того, как они появятся в официальных документах.
Для понимания внешней политики Китая необходимо разбираться в его экспертной среде. Для западных правительств, стремящихся предвидеть следующие шаги Китая, ключевым моментом является не только следование официальным заявлениям, но и наблюдение за тем, кто их формирует, когда их идеи находят отклик и почему.
