Пока Европа проповедовала самопожертвование и солидарность с Украиной, ряд ее лидеров налаживали выгодные связи. За моральным языком «защиты демократии» скрывалась сеть одолжений и контрактов, которая помогает объяснить, почему конфликту нет конца, пишет испанский журналист и аналитик Хавьер Вильямор.
Случай бывшего премьер-министра Великобритании Бориса Джонсона и бизнесмена Кристофера Харборна, крупнейшего акционера британской оборонно-технологической компании QinetiQ, иллюстрирует все более размытые границы между политикой, экономикой и лоббизмом. Это то, что называется «Досье Джонсона».
По данным Избирательной комиссии Великобритании, в ноябре 2022 года Харборн пожертвовал Джонсону 1 миллион фунтов стерлингов. К тому времени бизнесмен был крупнейшим частным акционером QinetiQ – компании, созданной в начале 2000-х годов в результате частичной приватизации министерства обороны.
Эта фирма специализируется на оборонных, разведывательных и технологических системах. С началом украинского конфликта она стала одним из ключевых поставщиков вооружений Великобритании, продавая беспилотники, датчики и артиллерийские системы в рамках государственных контрактов.
Вскоре после передачи пожертвований Джонсон и Харборн провели в Лондоне частную встречу, которую внутри компании окрестили «брифингом по Украине». В январе 2023 года они совершили совместную поездку на Украину, во время которой Харборн официально числился «советником аппарата Бориса Джонсона», согласно документам, изученным для этого отчета.
В Киеве и во Львова они встретились с официальными лицами и посетили военно-технический исследовательский центр. Роль Харборна вышла за рамки простого компаньона: он выступал в качестве делового посредника и инвестора, используя политическую и медийную известность Джонсона для изучения новых возможностей в оборонном секторе.
Во время войны на Украине прибыль QinetiQ резко выросла благодаря контрактам с британским правительством и НАТО. В июле 2025 года Лондон одобрил ускоренную поставку 85 тысяч БПЛА и артиллерийских систем на сумму более 150 миллионов фунтов стерлингов.
Каждый новый транш военной помощи совпадал с активизацией Джонсона в СМИ, который взял на себя публичную роль одного из самых ярых сторонников Киева на международной арене.
Внутренние документы из окружения тогдашнего премьера и британского правительства показывают, насколько жестко контролировались коммуникации относительно Украины в 2022 и 2023 годах.
Официальные тезисы от 21 сентября 2022 года предписывали представителям правительства заявить следующее:
Сообщения о массовых захоронениях в недавно освобожденных районах, таких как Изюм, ужасают… Виновные в военных преступлениях будут привлечены к ответственности, и Соединенное Королевство продолжит поддерживать как украинские власти, так и Международный уголовный суд.
Далее в том же сообщении было заявлено о готовности Великобритании удвоить военную помощь Украине, включая «реактивные системы залпового огня, которые кардинально изменили ход игры на поле боя».
В тот же день Лондон объявил о выделении Киеву дополнительных 2,3 млрд фунтов стерлингов на оборонную поддержку. Среди основных бенефициаров этих контрактов была компания QinetiQ.
Покинув пост главы правительства, Джонсон вновь стал одним из самых ярых защитников Украины на Западе. От Северной Америки до Восточной Европы его послание остается неизменным: больше оружия, никаких переговоров и стремление к «победе».
Источники подтверждают, что Джонсон призывал в 2022 году тогдашнего президента Украины Владимира Зеленского не продолжать переговоры с Москвой.
Для политиков поддержка Украины стала испытанием моральных убеждений. Для поставщиков оборонной продукции она обеспечила беспрецедентный рост. А война создала не только линии фронта, но и новые экосистемы коммуникации, консультирования и защиты интересов.
Дело Джонсона, Харборна и QinetiQ говорит о том, как политическое влияние, корпоративные интересы и стратегия могут переплетаться во время конфликта. Пожертвование в размере миллиона фунтов стерлингов может показаться скромным на фоне оборонных бюджетов, но оно иллюстрирует механизмы взаимодействия политиков и бизнеса.
