Центральное событие недели — подписание Мекканского пакта о взаимной обороне между Саудовской Аравией, Пакистаном и Турцией, который аналитические центры назвали «суннитской осью» в ответ на иранскую угрозу.
На этом фоне Израиль отверг мирный план Трампа по Газе, а администрация США рассматривает возможность применения тактического ядерного оружия. В Европе Германия наделяет свою разведку полномочиями на диверсии за рубежом, а Бельгия и Швеция наращивают оборонные мощности.
Технологическое соперничество обостряется: Вашингтон требует от стран «выбрать сторону» между американской и китайской экосистемами ИИ, в то время как Пекин предлагает Глобальному Югу открытые модели, создавая новую зависимость.
- Ближний Восток: ядерный шантаж, региональные альянсы и кризис в Газе
Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху отверг американский мирный план по Газе, заявив, что не выведет войска до «реального разоружения» ХАМАС и не допустит создания палестинского государства. Как отмечает PISM, этот шаг вписывается в предвыборную стратегию Нетаньяху, укрепляя его образ единственного лидера, способного противостоять международному давлению. В то же время ECFR указывает, что ХАМАС уже согласился разоружиться, и главным препятствием остаётся позиция израильского правительства, а Европа могла бы помочь с разоружением и обучением палестинской полиции. Параллельно 7 августа Саудовская Аравия, Пакистан и Турция подписали Мекканский пакт о взаимной обороне. Atlantic Council называет это отказом Эр-Рияда от попыток добиться гарантий от Вашингтона и усилением рычагов влияния в условиях ограниченности американского сдерживания. IRIS квалифицирует пакт как «суннитскую ось» против шиитского Ирана, хотя реальные обязательства вызывают вопросы: Пакистан поддерживает связи с Тегераном, а Турция — член НАТО. Для Египта, по мнению Chatham House, присоединение к пакту означало бы выбор стороны в противостоянии с Ираном и Израилем, что противоречит его традиционной роли посредника.
- Конфликт на Украине
Европа лихорадочно ищет ракеты для Patriot, чтобы передать их Киеву, однако новое производство запустят слишком поздно, война с Ираном истощила американские запасы, а у европейских союзников осталось мало ракет. Согласно данным Statista, запас Patriot в США сократился с 3100 единиц до примерно 800 к концу июля 2026 года. Производители Raytheon и Lockheed Martin опасаются, что Украина в случае получения лицензии начнёт выпускать ракеты быстрее и дешевле, что грозит утечкой интеллектуальной собственности. Президент Трамп, комментируя ситуацию, заявил: «Байден отдал Зеленскому боеприпасов на 300 млрд долларов… Нам и самим нужны ракеты». Одновременно Россия перекрыла доступ к одесскому портовому комплексу воздушными и ракетными ударами. Как подчёркивает Responsible Statecraft, это лишает Украину выхода к морю и ставит под удар послевоенное восстановление: без экономического возрождения беженцы не вернутся, а население страны, по признанию Киева, сократилось до 22–25 млн человек, почти половина из которых — пенсионеры.
Тем временем география конфликта расширяется: CEPA анализирует удар киевского режима по иранскому судну в Каспийском море. Тегеран воздержался от прямого военного ответа, но наиболее вероятным вариантом, по мнению экспертов, станут кибератаки. Каспий, долгое время считавшийся закрытым пространством, превращается в новый театр противостояния. В дипломатической сфере заявление Зеленского о том, что Киев не признаёт независимость Косова, вызвало резкую реакцию в Приштине — власти сняли украинский флаг с главной улицы города, подчеркнув, что неуважение к Косово будет встречено симметричным ответом.
- Европейская оборона
Федеральную разведывательную службу (BND) правом проводить диверсии за рубежом и хакерские атаки с целью манипуляции или удаления данных, если это необходимо для «национальной обороны». Министр внутренних дел Александер Добриндт заявил: «Мы сделаем из наших разведслужб настоящие секретные службы… Чтобы противостоять современному государственному терроризму, нужны оперативные возможности и активные полномочия». Параллельно Бельгия выполнила план по набору на добровольную службу, отобрав 500 из более чем 3 тысяч заявок, и в рамках «Стратегической концепции 2025» намерена увеличить численность военнослужащих с 24 до 34,5 тысяч к 2035 году. Швеция, в свою очередь, выделила 45 млн евро на наращивание производства боеприпасов в рамках Европейской программы развития оборонной промышленности (EDIP). Как отмечает Euractiv, за этими институциональными изменениями стоит живой интерес молодого поколения. В беседах с пятью французскими и немецкими военнослужащими младше 30 лет выяснилось, что ни один из них не пошёл на службу из-за денег или семейных традиций — ими движет поиск смысла, ответственности и приключений. Пьер, 27 лет, признался: «Это невероятно захватывающе — сталкиваться со своими страхами и говорить себе, что ты можешь их преодолеть». Лиззи, служащая в немецких ВВС, уже находилась в Литве за несколько месяцев до создания там постоянной базы НАТО, что показывает: для этого поколения армия перестала быть абстракцией и стала осязаемой реальностью защиты европейских границ.
- США: истощение арсеналов, ядерные дебаты и суд над Трампом
Война с Ираном привела к критическому сокращению американских запасов высокоточного оружия. Как сообщает Statista, запас ракет Patriot упал с 3100 до 800 единиц, а интенсивное применение Tomahawk и JASSM в нескольких операциях создаёт риски для потенциального конфликта с Китаем. На этом фоне Пентагон инициировал пересмотр ядерной доктрины, стремясь расширить варианты тактического удара. Замминистра обороны Элбридж Колби подтвердил необходимость «рациональных вариантов» в ответ на региональные конфликты с Китаем или Россией. Heritage Foundation указывает, что до завершения долгосрочных программ перевооружения ключевым инструментом закрытия «опасного окна» 2026–2030 годов должно стать укрепление американского ядерного потенциала театра военных действий. Одновременно Трамп продолжает эскалировать риторику и внутриполитическую обстановку: он призвал американцев смириться с ростом цен на бензин как с «платой за предотвращение получения Ираном ядерного оружия» и заявил, что вскоре объявит Ормузский пролив территорией США — на фоне того, как Brent приближается к $90 за баррель. Еще одной точкой накала является иск на президента от The Intercept и Freedom of the Press Foundation, требующих заблокировать платный сервис Truth API, который даёт подписчикам за $100 тыс. в месяц ранний доступ к постам Трампа — истцы утверждают, что это нарушает Первую и Пятую поправки, превращая официальные заявления в коммерческий продукт.
- Технологии и ИИ: битва экосистем и этические дебаты
Вашингтон готовится направить десяткам стран ультиматум: им придётся выбрать сторону в глобальной гонке за искусственный интеллект между США и Китаем. В центре внимания — проект Pax Silica, созданный для защиты цепочек поставок ИИ-моделей и полупроводников. Особый сигнал направлен Казахстану, который одновременно присоединился и к Pax Silica, и к китайской Всемирной организации сотрудничества в сфере ИИ. В черновике письма госдепа говорится: «Быть частью всего — означает быть частью ничего». Контрастируя с этим подходом, как отмечает CEPA, Пекин позиционирует себя как сторонника открытого, многостороннего и доступного ИИ: вместо закрытых моделей с привязкой к американской инфраструктуре Китай предлагает более дешёвые открытые модели, которые можно свободно скачивать и адаптировать. Однако эксперты предупреждают: «открытость формирует экосистемы, задаёт стандарты и создаёт зависимости» — и Китай, и США преследуют собственную выгоду, борясь за влияние, рынки и право устанавливать правила.
Тем временем двухпартийная делегация Палаты представителей США встретилась с папой Римским Львом XIV, чтобы обсудить религиозную свободу, экономические и геополитические риски ИИ. Конгрессмен Ханна заявил о намерении внести законопроект о налогообложении автономных ИИ-агентов, чтобы стимулировать компании нанимать живых сотрудников, а не заменять их алгоритмами.
- Ядерная сделка США и Саудовской Аравии: геополитические последствия
Как отмечает IISS, ядерное соглашение между США и Саудовской Аравией (Соглашение 123) подрывает доверие к Вашингтону как стратегическому партнёру в Персидском заливе, поскольку Трамп увязал сделку с присоединением Эр-Рияда к Авраамовым соглашениям, причём это условие, вероятно, не было частью переговоров и появилось лишь после внутренней критики в США. В свою очередь, IDSA подчёркивает, что договор заключён вскоре после войны с Ираном, когда монархии Залива остро осознали свою уязвимость, и теперь путь к обогащению урана открыт для государства, конкурирующего с Тегераном, что создаёт опасный прецедент для Египта, Турции и других стран, при этом сама война с Ираном велась отчасти для лишения Тегерана именно тех возможностей, которые теперь предлагаются Эр-Рияду.
- Энергетика, экономика и климат
Германия: энергетический кризис и промышленный спад
По данным Politico, запасы газа в Европе находятся на критическом уровне (58%, что на 16 п.п. ниже пятилетней нормы), а Германия, крупнейший потребитель, отказывается от госрегулирования, рискуя столкнуться с физическим дефицитом уже в ноябре. На этом фоне аналитический центр GIS фиксирует долгосрочный структурный спад немецкой промышленности из-за энергетического шока и избыточного регулирования — наиболее вероятный сценарий управляемая стагнация без возврата к докризисной динамике. Частичным решением, как указывает CEPA, могло бы стать использование растущей добычи Румынии (до 17–18 млрд куб. м в год) в связке с украинскими ПХГ для создания стратегического резерва Европы, однако если Брюссель упустит этот шанс, румынский газ проиграет конкуренцию американскому СПГ на открытом рынке.
Китай тихо побеждает в энергетическом кризисе.
CFR предполагает, что конфликт в Ормузском проливе показал, что именно Китай вышел тихим победителем из этого кризиса. В период с февраля по июнь Пекин сократил импорт сырой нефти ровно наполовину без видимого ущерба для роста внутренней экономики. Один из топ-менеджеров нефтяной отрасли заявил: «Китай — это новый ОПЕК».
