Неделя с 22 по 28 марта 2026 года прошла под знаком одной доминирующей темы: войны США и Израиля против Ирана, которую в Вашингтоне назвали операцией «Эпическая ярость». Мировые аналитические центры — от американских Heritage Foundation, Quincy Institute и RAND до европейских RUSI, Chatham House и ECFR, а также индийского ORF — единодушно констатировали: конфликт на Ближнем Востоке уже стал не региональным, а глобальным катализатором. Он перераспределяет американские ресурсы, ломает энергетические рынки, ослабляет поддержку Украины и заставляет союзников Вашингтона пересматривать свои стратегии.
Ормузский пролив: мир платит за войну
Данные платформы IMF PortWatch зафиксировали катастрофическое падение судоходства через Ормузский пролив: с 100 судов в день в феврале до 6 в первой декаде марта. Через этот узкий водный путь проходит до 20% мировой нефти — около 20 миллионов баррелей ежедневно. Реальность, которую эксперты долго описывали как гипотетическую угрозу, наступила.
Глава Chevron Майк Вирт на конференции CERAWeek в Хьюстоне сделал заявление, которое в отрасли назвали «историческим»: война с Ираном нанесла больший ущерб рынкам нефти и газа, чем украинский конфликт. Азиатские страны столкнулись с нехваткой дизельного и авиационного топлива. Поставки СПГ и удобрений задержаны. «Физические цепочки не реагируют мгновенно, поэтому даже если пролив когда-нибудь откроется, потребуется время, чтобы восстановить запасы нужных сортов нефти», — предупредил Вирт.
Экономисты озвучили пугающие цифры: нефть по 100 долларов за баррель разгонит инфляцию в США до 4%, а при $130–150 последствия для мировой экономики становятся нелинейными и куда более болезненными.
Однако главный шок для отрасли — не сами высокие цены, а непредсказуемость. Как отмечают в BP, такой уровень волатильности — это не стимул, а стоп-фактор для инвестиций. Политика больше не синхронизирована с рынком. Нет координации, нет понятной стратегии, сигналы из Вашингтона противоречивы. Даже такие гиганты, как Exxon Mobil и Saudi Aramco, «вышли из публичной повестки», сосредоточившись на спасении активов.
Британский аналитический центр RUSI добавил жесткую оценку: Ирану даже не пришлось минировать пролив — ограниченная кампания ракетных и дроновых ударов по судам обвалила транзит на 90%. «Безопасность» Ормуза теперь требует либо полномасштабных ударов по иранскому флоту и берегу, либо дипломатического урегулирования, к которому ни одна сторона не готова. Пролив откроется по-настоящему только тогда, когда страховщики военных рисков сочтут проход экономически целесообразным.
США против Европы: энергетический шантаж
На фоне энергетического кризиса посол США в ЕС Эндрю Паздер сделал заявление, которое в Брюсселе восприняли как ультиматум. Если Европарламент откажется ратифицировать торговое соглашение, устанавливающее 15-процентные пошлины на европейские товары в обмен на отмену европейских пошлин на американский импорт, Вашингтон может пересмотреть «привилегированный» доступ ЕС к американскому СПГ.
Доля США в поставках СПГ в ЕС выросла с 5% в 2021 году до почти 60% сегодня. ЕС обязуется импортировать американскую энергию на 750 миллиардов долларов к 2028 году. Многие европейские эксперты рассматривают это как капитуляцию, но Паздер в нынешнем контексте представляет это скорее как услугу со стороны Вашингтона.
Тактика давления применяется в самый неподходящий момент. Война с Ираном привела к росту цен на бензин, и, как отмечает Heritage Foundation, это может поставить под угрозу программу Трампа по обеспечению доступности топлива. Администрация рассматривает возможность отменить 15-процентные пошлины в обмен на обязательства союзников нарастить производство энергоносителей и помочь защитить судоходство.
Начатая в середине марта серия торговых расследований в отношении европейских секторов еще больше подорвала доверие ЕС к американским обязательствам.
Иранская война: стратегическая пустота за тактическими победами
Американский аналитический центр Quincy Institute подводит неутешительные итоги четвертой недели операции «Эпическая ярость». США и Израиль рапортуют о тактических успехах: уничтожены значительные мощности ракет и дронов Ирана, нанесены удары по инфраструктуре КСИР, ликвидированы ключевые фигуры режима, включая Али Хаменеи. Но за громкими цифрами — стратегическая пустота.
Тегеран продолжает наносить удары по базам и инфраструктуре союзников, Ормузский пролив остается зоной нестабильности, а система власти быстро адаптировалась: новым центром силы становится Моджтаба Хаменеи. История показывает: внешнее давление редко разрушает такие режимы. В 1980 году Саддам Хусейн попытался воспользоваться слабостью постреволюционного Ирана, но в итоге только укрепил власть Хомейни. Сегодняшний сценарий рискует повториться.
Главная проблема, по мнению экспертов Quincy Institute, не в Иране. Главная проблема — в Китае. Вместо концентрации ресурсов на сдерживании Си Цзиньпиня, США снова втягиваются в ближневосточную войну на истощение. И это уже имеет последствия: до 40% боеготовых кораблей ВМС США переброшены на Ближний Восток, системы ПВО и боеприпасы снимаются с Индо-Тихоокеанского направления, союзники в Азии начинают сомневаться в устойчивости американских гарантий.
Пекин же теряет немного. Да, Иран является партнером Китая. Но не ключевым. Основные энергетические потоки идут из стран Персидского залива, куда Китай вложил десятки миллиардов. И в это время КНР спокойно наращивает военную мощь: гиперзвуковые ракеты, флот, базы, инфраструктура — без отвлечения на затяжные войны.
Монархии Персидского залива: преданность, которая оказалась обузой
Европейский аналитический центр ECFR фиксирует: война с Ираном обнажила главный парадокс безопасности стран Персидского залива. Их партнерство с американцами, основа архитектуры безопасности, оказалось не столько преимуществом, сколько обузой.
США не прислушались к призыву стран региона избежать полномасштабной войны. Они не уделили приоритетного внимания защите местной критически важной инфраструктуры. Вашингтон блокировал запросы на увеличение количества ракет-перехватчиков, поскольку его внимание сосредоточено на обороне Израиля, который сохраняет приоритет в иерархии альянсов.
Разочарование в американцах глубоко укоренилось почти во всех ближневосточных монархиях. Возможен третий путь, считают в ECFR: Европа должна брать на себя большую ответственность за стабильность в Персидском заливе. ЕС уже продемонстрировал политическую солидарность с монархиями и готовность поддержать в сфере безопасности. Пора преобразовать военно-морские миссии в постоянное соглашение о морской безопасности, охватывающее Ормузский и Баб-эль-Мандебский проливы.
Трансатлантический разлом: Heritage Foundation против Европы
Американский аналитический центр Heritage Foundation обрушился с резкой критикой на европейских союзников. Война с Ираном обнажила, по их мнению, «откровенную трусость, капризность и слабость европейских лидеров». Те же голоса, которые подталкивали США к поддержке Украины, бездействуют в отношении Ирана.
Особенно жестко досталось британскому премьеру Киру Стармеру, чья реакция была названа «просто ужасной». Трамп был абсолютно прав, заявив, что Стармер — не Уинстон Черчилль. В Берлине правительство Мерца заявило, что «эта война не имеет никакого отношения к НАТО». В Брюсселе Кая Каллас призвала США и Израиль прекратить войну, «чтобы все сохранили лицо». Президент Франции Макрон осудил американские удары как «выходящие за рамки международного права».
На встрече министров «Большой семерки» произошел обмен репликами, который источники называют «беспрецедентным». Каллас спросила госсекретаря США Марко Рубио, когда Вашингтон займет жесткую позицию по отношению к России. Рубио был явно раздражен: «Мы делаем все возможное, чтобы положить конец войне. Если вы считаете, что можете сделать это лучше, пожалуйста. Мы же отойдем в сторону». Напряженный обмен стал симптомом взаимного недоверия между США и европейскими союзниками.
Высокомерные европейские правящие элиты, резюмирует Heritage Foundation, довольны тем, что живут под огромным зонтиком безопасности, который обеспечивают США. Это мрачный и печальный день для Европы, когда ее лидеры не могут заставить себя отправить хотя бы один военный корабль или истребитель на поддержку США, которые пролили столько крови в защиту европейских стран.
Европа ищет свой путь: Парижский форум
В Париже завершился третий Форум по обороне и стратегии (PDSF), собравший 5000 участников. Центральной темой стала переоценка трансатлантических отношений. Выступление начальника Главного штаба вооруженных сил Франции Фабьена Мандона задало тон всей дискуссии.
Его заявление о том, что США остаются союзником, но становятся «все менее предсказуемыми», по сути, фиксирует новый статус-кво: стратегическое доверие между Европой и Вашингтоном больше не является безусловным. Особое раздражение Парижа вызывает практика односторонних действий США, в частности, война с Ираном, без консультаций с европейскими партнерами.
Впервые за долгое время европейские элиты публично признают: США могут просто не иметь ресурсов (или желания) выполнять прежние обязательства. Европа будет вынуждена отказаться от своей традиционной роли «нормативной силы», опирающейся на право и институты, и перейти к более жесткой модели поведения. Выступления военных показали: в стратегическом планировании все чаще рассматривается сценарий прямого или косвенного столкновения с Россией — не о текущем конфликте на Украине, а о более широкой и долгосрочной логике.
Украина: давление нарастает
Владимир Зеленский снова жалуется на Вашингтон. По его словам, США увязали гарантии безопасности в рамках мирного соглашения с передачей России всего Донбасса. «Ближний Восток, безусловно, оказывает влияние на президента США Дональда Трампа, он по-прежнему выбирает стратегию усиления давления на украинскую сторону», — добавил Зеленский.
Реализм Трампа сталкивается с максимализмом Киева. Администрация президента США явно хочет закончить войну быстро и с минимальными дальнейшими тратами американских ресурсов. Для них Донбасс — это территория, где Россия уже имеет сильные позиции, и за которую Вашингтон не готов бесконечно платить. Вопрос теперь не в том, хочет ли Киев отдавать территории, а в том, есть ли у него реальная альтернатива без риска потерять гораздо больше позже.
Администрация США сигнализирует о возможных сбоях в военной помощи Киеву из-за перераспределения ресурсов Пентагона на фоне конфликта с Ираном. Особую тревогу вызывает судьба поставок Patriot. В НАТО подчеркивают: пока все оплаченные поставки идут по плану. Но за кулисами звучат более жесткие оценки — возможное перераспределение вооружений называют «неприемлемым» и потенциально «ужасным» по последствиям.
Британия объявляет войну «теневому флоту»
Правительство Великобритании объявило, что британские военные отныне будут задерживать суда «теневого флота» России в территориальных водах страны. Новые меры фактически закрывают британские территориальные воды, включая пролив Ла-Манш, для санкционных судов. Британские войска находятся на продвинутой стадии подготовки к высадке на корабли. По имеющимся данным, первая операция состоится в ближайшее время.
Новые угрозы: дроны и ИИ
Атака роем дронов на базу Барксдейл в Луизиане — центр Командования глобальных ударов ВВС США — показала уязвимость даже американской территории. На базе нет средств ПВО, средства радиоэлектронной борьбы оказались неэффективны. Дроны были гораздо более совершенными, чем все, что можно было увидеть на Украине, и, возможно, имели китайское происхождение. Австралийский Lowy Institute предупреждает: коммерческие БПЛА превращаются в инструмент внутреннего экстремизма, и национальные системы защиты от них остаются неудобным механизмом.
В сфере ИИ аналитики зафиксировали раскол. Brookings Institution разбирал конфликт Anthropic и Пентагона: компания отказалась использовать модель Claude для полностью автономного летального оружия, настаивая на сохранении человеческого контроля. RAND провел Delphi-исследование и пришел к выводу, что комплексные меры по снижению катастрофических рисков ИИ в ближайшие 5–10 лет маловероятны; эксперты рекомендуют добровольные стандарты безопасности.
Шьям Санкар, технический директор Palantir, на презентации своей книги в Hudson Institute призвал отказаться от логики «складирования» вооружений и перейти к «регенерации» запасов. Дорогие ракеты Tomahawk нельзя тратить на дешевые дроны хуситов. Вооружения должны стать расходным материалом, который непрерывно воспроизводится. Для этого нужна не только промышленность, но и определенная доза «производственного хаоса».
Россия и США: первая за 25 лет встреча
В Вашингтоне прошла встреча делегации депутатов Госдумы с американскими конгрессменами — первая за последние 25 лет. Ключевой парадокс: российские депутаты находятся под санкциями. Для США этот визит стал правовой аномалией: страна, чья санкционная политика является краеугольным камнем внешнеполитического давления, на своей территории принимает фигурантов собственных «черных списков».
Организатором выступила республиканка Анна Паулина Луна, близкая соратница Трампа. Куда более показательным является участие конгрессмена Деррика Ван Ордена, который открыто заявляет о своем опыте обучения украинских и грузинских спецподразделений для борьбы против России. Логика, озвученная Ван Орденом («путешествие в тысячу миль начинается с одного шага»), знаменует сдвиг в риторике части республиканского крыла. Курс на изоляцию исчерпал себя, и даже в Конгрессе вынуждены искать обходные пути для диалога.
Ключевые выводы недели
Энергетический шок стал реальностью. Ормузский пролив практически закрыт, цены на нефть и газ растут, а глобальные цепочки поставок деформированы. Последствия для мировой экономики могут быть более серьезными, чем от украинского конфликта.
Трансатлантический разлом достиг дна. Европа и США больше не понимают друг друга. Вашингтон обвиняет союзников в трусости, Брюссель — в непредсказуемости и односторонних действиях. Энергетический шантаж США в отношении ЕС стал новым уровнем конфронтации.
Иранская война обнажила стратегическую пустоту США. Тактические успехи не привели к стратегическому результату. Режим адаптируется, а главный противник Америки — Китай — спокойно наращивает мощь, пока США увязают на Ближнем Востоке.
Европа вынуждена взрослеть. Парижский форум зафиксировал сдвиг: европейские элиты публично признают, что США больше не являются безусловным гарантом безопасности. Европа переходит от «нормативной силы» к более жесткой модели поведения.
Дипломатия находит обходные пути. Первая за 25 лет встреча российских и американских парламентариев — сигнал о том, что курс на изоляцию исчерпал себя. Даже в Конгрессе, где санкционная риторика остается сильной, вынуждены искать каналы для диалога.
ИИ становится полем битвы между этикой и безопасностью. Конфликт Anthropic с Пентагоном выявил фундаментальную проблему: как сохранить человеческий контроль в эпоху, когда алгоритмы принимают решения о жизни и смерти.
