Британский аналитический центр Royal United Services Institute (RUSI) считает, что война США и Израиля с Ираном обнажила опасно наивное западное допущение: будторелигиозные соображения играют второстепенную роль в геостратегическом процессе принятия решений.
Первый стратегический просчет в операции «Эпическая ярость» заключался в предположении американо-израильской коалиции, что убийство аятоллы Али Хаменеи парализует структуру командования Ирана и заставит его быстро капитулировать.
Напротив, покушение мгновенно превратило его в святого мученика, особенно с учетом того, что оно было совершено в священный месяц Рамадан. Его преемником стал Моджтаба Хаменеи, который по сей день остается у власти.
С аналитической точки зрения важно не то, что Иран ведет себя иррационально по западным меркам, а то, что он оценивает издержки и потери в рамках собственной политико-теологической системы.
Для Тегерана победа означает выживание даже ценой огромных потерь, что рассматривается им как свидетельство революционной стойкости и божественного одобрения. Порог победы для Ирана отличается от порога Вашингтона.
Вместе с тем, религиозное измерение характерно не только для Тегерана. США и их союзники также расколоты по теологическому признаку. Заметным направлением является поддержка конфронтации с Ираном со стороны христианских сионистов.
Для таких групп Иран – это и противник, и важнейший участник библейских пророчеств, особенно если трактовать их через тексты Ветхого Завета (38-я глава Книги пророка Иезекииля о войне Гога и Магога).
Согласно пророчеству, Израиль подвергнется нападению со стороны Персии/Ирана, что ознаменует Второе пришествие Христа. Хотя эти идеи не отражают взгляды всех евангельских христиан или официальную политику США, они приобретают стратегическое значение.
Правящая коалиция Израиля добавляет еще одно измерение. Зависимость премьер-министра Биньямина Нетаньяху от ультраправых религиозно-националистических партнеров, включая партию «Религиозный сионизм», придала теологическим притязаниям на землю, суверенитет и конфронтацию с Ираном больший политический вес.
Существует также движение среди маргинальных еврейских мессианских групп, поддерживаемое христианскими сионистами, выступающее за восстановление Третьего храма. Обе группы видят в его завершении ускорение пришествия своего Мессии.
Третьим упускаемым из виду измерением является реакция католического мира. Папа Римский Лев XIV призвал к мирному урегулированию в соответствии с международным правом, назвав угрозу Трампа уничтожить иранскую цивилизацию «поистине неприемлемой» и предостерег от втягивания Бога в «нарративы смерти».
Его вмешательство имеет значение. Не командуя армиями, Ватикан тем не менее обладает уникальным транснациональным моральным и дипломатическим авторитетом. В конфликте, где руководство Ирана претендует на религиозную легитимность, каналы Святого престола могут оказаться способными вести коммуникацию там, где традиционная жесткая сила бессильна.
