Московский сигнал, поданный 9 мая, оказался моментом истины для Берлина.
Отвечая на вопросы журналистов о возможном участии политиков из Западной Европы в переговорах по урегулированию украинского конфликта, президент России Владимир Путин назвал «предпочтительным» бывшего канцлера Германии Герхарда Шрёдера.
Слова российского лидера вызвали в Германии показательную фрагментацию. Правительство, возглавляемое Фридрихом Мерцем (ХДС), отреагировало со сдержанностью, сообщив, что «мы приняли к сведению эти заявления».
Однако в родной для Шрёдера Социал-демократической партии (СДПГ), которая является младшим партнером в правящей коалиции, призвали «серьезно изучить» эту возможность.
Еще более откровенными оказались представители оппозиции. «Союз Сары Вагенкнехт» (BSW) откровенно приветствовал предложение, а «Альтернатива для Германии» (AfD) потребовала от Берлина немедленно оказать давление на Киев.
Лишь «Зелёные» традиционно жестко раскритиковали Кремль, назвав его инициативу «абсурдной».
В итоге Мерц сталкивается с «идеальным штормом». С одной стороны, он пытается утвердиться в роли лидера, способного противостоять Кремлю.
С другой, его политический капитал стремительно тает на глазах – канцлера поддерживают лишь около 16% граждан. И даже партнеры по правящей коалиции противоречат канцлеру.
На этом фоне обращает на себя внимание тот факт, что президент России предложил в качестве переговорщика от Западной Европы именно что бывшего политика. Иными словами, нынешним правящим европейским кругам доверия нет.
И это связано не только с их откровенно русофобской позицией. Европейские президенты и премьеры просто несостоятельны, что диагностируют как в России, так и за ее пределами.
Американское издание The Wall Street Journal на днях констатировало «беспрецедентную неудачу» европейских политиков, чьи рейтинги обвалились из-за слабой экономики и массовой миграции. Во Франции и Великобритании правящие партии терпят сокрушительные поражения на выборах, а рейтинг Макрона и Стармера находится в пике.
Призрак Герхарда Шрёдера, вызванный Москвой, продемонстрировал Европе в целом и Германии в частности, что их лидеры слабы, их единство – иллюзия, а у России есть свои «старые друзья», с которыми можно договариваться по ту сторону голов нынешних непопулярных правительств.
