Австралийский аналитический центр United States Studies Centre (USSC) обращается к Турции, как хозяйке назначенного на 7-8 июля саммита НАТО.
Эта встреча с особой очевидностью будет сформирована четко определенными турецкими приоритетами. В частности, можно ожидать, что Анкара выступит за углубление Стамбульской инициативы по сотрудничеству (ICI) с целью расширения взаимодействия в сфере безопасности и оборонной промышленности между НАТО и его партнерами в Персидском заливе (Бахрейн, Кувейт, Катар и ОАЭ).
Турция в условиях растущей нестабильности на Ближнем Востоке рассматривает это как возможность укрепить южный фланг Североатлантического альянса. Партнеры формата «НАТО+» в Индо-Тихоокеанском регионе также могли бы выиграть от расширения этой структуры.
Анкара также, вероятно, подчеркнет растущие возможности оборонной промышленности страны. Такие компании, как Baykar, TUSAŞ и Roketsan, утвердились в качестве важных игроков в сфере современных военных технологий и уже вносят вклад в промышленную и технологическую устойчивость НАТО, включая расширение сотрудничества с европейскими членами альянса.
Еще одним ключевым направлением, скорее всего, станет Черноморский регион. Турция видит себя ключевой стабилизирующей силой между Европой, Россией и Кавказом и, как ожидается, выступит за усиление военно-морского присутствия НАТО и улучшение координации в Черном море.
Турецкое руководство неоднократно подчеркивало, что считает угрозы вдоль своих южных границ не менее значимыми, чем вызовы, с которыми сталкивается Восточная Европа. Таким образом, саммит предоставляет возможность более прочно закрепить турецкие перспективы в повестке дня альянса.
В этом отношении Анкара больше не находится на периферии НАТО; напротив, она стала одновременно и «колеблющимся», и ключевой страной внутри альянса. Саммит, таким образом, может запомниться как поворотный момент, расширяющий стратегический кругозор НАТО за пределы его восточного фланга.
В этом смысле встреча должна также послать сигнал в пользу более тесной интеграции Турции в более широкую архитектуру европейской безопасности. Хотя это не повлечет за собой возобновления перспектив членства в ЕС, это могло бы способствовать более прагматичным формам сотрудничества, особенно в области оборонно-промышленного взаимодействия.
