Станислав Стремидловский, эксперт группы стратегического анализа «Повестка дня»
Верховный представитель ЕС по иностранным делам и политики безопасности Кая Каллас по итогам неформальной встречи министров обороны стран-членов Европейского союза в Копенгагене сообщила о готовности блока заняться обучением украинских солдат на Украине в случае прекращения огня.
«Я приветствую широкую поддержку расширения нашей военной миссии EUMAM [на Украине], мандата на проведение обучения и консультирование внутри Украины после заключения перемирия», – заявила Каллас.
По ее словам, «мы являемся крупнейшим поставщиком услуг по обучению украинских военных». На сегодняшний день ЕС обучил более 80 000 военнослужащих и «должен быть готов сделать больше». Это может включать размещение инструкторов из Евросоюза на Украине, а также размещение военных академий и институтов.
Параллельно с этим гражданская миссия ЕС, сообщила верховный представитель, может укрепить устойчивость Украины к «российским гибридным атакам». Евросоюз также может «сделать больше для украинской оборонной промышленности, но то, чему они (украинцы) действительно научились на поле боя, может быть использовано в качестве силы Европы».
Ранее глава киевского режима Владимир Зеленский неоднократно заявлял, что настоящие гарантии безопасности – это «сильная армия, что может дать только Украина». Он говорил, что с финансированием украинской армии может помочь Европа, а «оружие для армии может дать наше внутреннее производство, европейское производство». Обучение украинских военных на Украине силами ЕС укладывается в эту логику.
Но не только. Великобритания и Франция на ходу вырабатывают форматы своего присутствия на украинской территории. На днях уходящий начальник британского генерального штаба Энтони Радакин пояснял, что Украине нужно восстановить свою армию. При этом Париж и Лондон хотели бы поддержать киевский режим, во-первых, в воздухе, во-вторых – вместе с Турцией, Румынией и Болгарией – на Черном море.
По словам Радакина, в планах «союзников» расширить миссию на Украине на все пять военных доменов: морской, сухопутный, воздушный, космический и киберпространство.
Однако категорически против «сильной украинской армии» выступает Москва, чьим аксиоматическим требованием является демилитаризация Украины. В конце концов, никакой самый строгий намордник и никакая самая надежная цепь не даст стопроцентной гарантии того, что бешенная собака не сорвется с поводка.
Это понимают не только в России. Некоторые западные эксперты считают, что заявления о «миротворческом» военном контингенте служат для Европы разменной картой в игре с Москвой, которую европейцы будут готовы сбросить.
В этом контексте, привлекают внимание слова Каллас о том, что получившая боевой опыт украинская армия может стать «силой Европы». Возможно, эту идею ЕС попробует «продать» России под видом того, что обученные европейскими инструкторами украинцы будут использоваться за пределами нашего континента. Например, в Африке, в тех местах, где ЕС неудобно выступать под своим флагом.
Но это будет означать расползание украинского терроризма по всему миру, подобно сетевым террористическим организациям ИГИЛ или «Аль-Каида». Допустить такое невозможно. Поэтому вариант создания на территории Украины европейских учебных военных центров совершенно неприемлем.
